любому вопросу обращайся к Ларисе, зачем рисковать? — встревоженно возмутился Егор. — Я же не зря оплачиваю дорогостоящий круглосуточный уход за тобой.
— Сынок, я не больная! Хватит делать из меня немощную. Все, что выше пояса — у меня работает отлично. Просто немного не удержала равновесие, — как всегда простодушно заметила мама, будто ничего не произошло.
— Давай договоримся, что ты будешь себя беречь! — смягчился Егор.
— Хорошо, — очередной раз пообещала обойтись без экстрима мать. — Когда ты возвращаешься в Москву?
— Я уже прилетел вчера, поздно вечером.
— О, так быстро! И Паша с тобой вернулся? Я думала, вы недели две будете покорять вершины.
— Нет, он ещё остался на неделю. А у меня дела на работе, — соврал Егор. — Сама понимаешь, начальник отдела в нефтедобывающей компании не может надолго оставить подопечных. Планирование затрат, отчеты, в общем, вопросы серьёзные.
— Ты у меня молодец! На таких держится наша страна, — похвалила его мать. — Когда тебя ждать в гости? Мы с Ларисой планируем организовать на выходных музыкальный вечер и позвать Любовь Никитичну, Лидию Леонидовну и, конечно же, Петра Алексеевича. Составь нам компанию, будем играть «Времена года» Чайковского.
Егор закатил глаза от перспектив пребывания в обществе шестидесятилетних интеллигентов. Нет, он любил, как мама играет на фортепиано, но без компании ее друзей, они почему-то навевали на него тоску и задавали слишком много лишних вопросов.
— Хм-м, я, к сожалению, на выходных буду занят, обещал другу сходить на выставку одного художника. Но на неделе зайду обязательно, — пообещал Егор.
— Что за друг? — поинтересовалась мама.
— Ты его не знаешь, — начал косить от разговора Егор.
— Передавай ей привет.
— Ну мама! — сконфузился Егор.
Она засмеялась и положила трубку.
***
Зоя Дмитриевна выходила из музыкальной школы поздно вечером. Провела пять уроков по классу фортепиано, один урок сольфеджио и один урок музыкальной литературы. Вот же денёк выдался! В голове составляла план, как придёт домой и для начала полежит в расслабляющей ванне с пышной пеной. Потом приготовит что-то вкусное на ужин, сын Егорка вернется от репетитора по алгебре.
На вечер она всегда оставляла силы, чтобы помочь ему разобраться с уроками и побеседовать об искусстве, культуре, музыке и просто о том, как прошёл день. Зоя Дмитриевна считала, что любое образование, которое получает ребенок, должно начинаться с воспитания совести, с красоты и с доброты. И без отзывчивых, заботящихся родителей не может быть хорошего образования и воспитания, даже если дитя учится в престижном лицее или институте.
«Жалко, что Виктор ушёл из семьи и не видит, каким хорошим человеком растёт его сын, грамотным, начитанным и культурным», — думала Зоя, переходя по зебре пешеходного перехода… Вдруг в глазах потемнело, а тело прошибла дикая боль.
Ее сбила машина.
Она очнулась в карете скорой помощи, не понимая, где находится и что случилось. Лишь блеснула мысль: «Где я? Мне нужно домой, к сыну», и снова темнота.
Ее экстренно прооперировали. А утром, когда она пришла в себя, ей озвучили диагноз, что на своих ногах уже передвигаться не сможет.
***
— Зоя Дмитриевна! Зоя Дмитриевна? В парк идём? — сиделка заглянула в спальню и вернула ее вопросом в реальность из воспоминаний двадцатилетней давности.
— Да, давай собираться, — улыбнулась она.
Глава 5. Продавец подержанных авто
Рука Катерины утонула в темноте коридора и нащупала выключатель. Щелк! Fiat lux! Да будет свет!
Она спешно снимала шапку, пальто, ботинки. На улице было довольно промозгло: конец февраля, зима пока не хотела уступать место весне. Потрогала холодный от ветра нос и отправилась мыть руки, переодеваться в уютную пижаму.
Катерина включила телевизор, чтобы он болтал на фоне, а сама занялась приготовлением чая. Не зря же обещала себе пить больше травяных настоев.
Чайник закипал. Катерина залезла в соцсети, чтобы проверить, кто чем живет.
— Мда, ещё неделю назад все было относительно спокойно, мы переживали только из-за коронавируса, — бубнила Катерина под шипение чайника на плите. — Так! Хотела же ответить Егору. Целый день, наверное, ждёт моего сообщения, пока я работала.
Прозрачный заварочный чайник наполнялся крутым кипятком. Аромат трав вернул мысленно обратно в Сибирь. Вода окрашивалась в медовый оттенок, а маленькие травинки настойчиво пытались просочиться через ситечко в напиток.
«И что же ему ответить? Типаж не мой. Зачем давать ложную надежду, если он не в моем вкусе?» — намазывая клубничный джем на кусочки батона, думала Катерина. — «Но он очень приличный, воспитанный. Пожалуй, у меня нет явного отторжения. И юмор у него добрый».
Она улыбнулась своим мыслям и наполнила прозрачную кружку золотистым чаем с терпким травяным запахом, добавила несколько ложек взбитого мёда.
«Меня же никто не заставляет с ним встречаться! Можно просто сходить куда-нибудь, познакомиться, пообщаться. Может быть, мы станем отличными друзьями или приятелями? У нас и интересы похожие — будем вместе мотаться на горнолыжные курорты или в туристические походы».
Она отпила ароматный, в меру горячий, сладкий чай, и почувствовала, как тёплая волна затопляет ее тело домашним уютом, даже нос тут же оттаял и захлюпал. Дожевала сладкий перекус, чтобы были силы для готовки ужина. Но перед этим взяла смартфон и написала Егору сообщение в ответ.
***
В тот вечер, впрочем как и всегда, Москва была жизнерадостна и оптимистична в своем бешеном ритме: мерцали неоновые таблички, по широким дорогам проносились машины, у торговых центров толпились люди, одетые кто во что горазд. Фонари бросали блики в лужи растаявшего снега, в холодной воде на асфальте отражались и свет фар автомобилей, и переливы витрин магазинов.
— Хорошо, что ты мне вчера написала, а то я совсем заскучал дома, — признался Егор.
— Хотелось проветриться после рабочего дня, — сказала Катерина. — Я окунулась в рутину по самые кончики ушей: дел накопилось за неделю — ого-го. Отдыха как не бывало!
Катерина и Егор шли по шумной столичной улице. Девушка пригласила его в крафтовый бар, где подавали ароматное вино, которое делали вручную в домашних винодельнях Крыма и привозили на кухню этого заведения в трехлитровых банках. В меню был разнообразный свежий домашний сыр и хенд-мейд колбасы.
— Ты меня развеселил своим сообщением, — продолжила она.
— Я его писал на одном дыхании, — ответил с улыбкой Егор.
Они зашли в уютный зал бара. Электрические лампы в плетёных абажурах наполняли пространство тёплой атмосферой, посетители тихо обсуждали свои дела — за столами, за барной стойкой. Парочка выбрала место у окна, чтобы можно было смотреть на прохожих и городскую суету, если вдруг придётся смутиться от неловкого вопроса. На столе стояли бокалы разных форм и размеров, отражающие отполированным стеклом огоньки
